Ru
En
Наше мнение

Только по сути

22 сентября 2020

Каких судебных споров ждать после пандемии

В июне аналитики из А1 и Сколково представили масштабное исследование конфликтности российской деловой среды (1) . Используемый ими индекс учитывает три показателя: число судебных дел, сообщений о корпоративных спорах в СМИ и компаний, в которых потенциально может случиться корпоративный конфликт. Согласно выводам аналитиков, индекс конфликтности рос с середины 2018 г. и достиг пика в IV квартале 2019 г., а в первом полугодии текущего года пошел на спад. Но радоваться рано, так как в конце 2020 г. эксперты прогнозируют новый пик.

Исследование А1 и Сколково касалось только корпоративных конфликтов. Мы ожидаем, что в 2020–2021 гг. в судах будет рассматриваться очень большое количество разнообразных споров с участием предпринимателей. Статистика судебных споров за 2008–2010 гг. подтверждает, что кризис приводит к значительному росту судебных дел.

Пандемия коронавируса и последовавший за этим экономический кризис существенно повлияли на количество, соотношение и специфику таких споров. Мы выделили 11 категорий дел, которые, по нашему мнению, будут наиболее распространены в первый год после завершения карантина (2) и могут затронуть практически любой бизнес. Все эти споры делятся на пять больших групп: споры с контрагентами (споры, связанные с неисполнением, некачественным исполнением или просрочкой исполнения договоров; споры о расторжении договоров; споры вне процедуры банкротства о недействительности сделок должников по распоряжению активами; споры о недействительности сделок по искам участников хозяйственных обществ), споры с участием акционеров (споры о недействительности решений собраний хозяйственных обществ; споры о взыскании убытков с директоров), споры со страховыми компаниями, трудовые споры и споры с государством (споры о законности административных штрафов за нарушение ограничений в условиях коронавируса; споры о законности принятых властями мер; налоговые споры).

Долг платежом красен: споры с контрагентами

Споры, связанные с неисполнением, некачественным исполнением или просрочкой исполнения договоров, всегда составляли большую долю судебной практики. В 2019 г. арбитражные суды рассмотрели 991 240 споров этой категории — 55 % от всех рассмотренных дел без учета банкротств. В нынешнем и следующем годах количество таких споров увеличится. Они будут вытекать из договоров поставки, аренды, подряда, перевозки и т. п. Бизнес, пострадавший от введенных ограничений, станет искать любую возможность для минимизации своих потерь. Судебные дела о нарушении контрактов будут возникать по следующим вопросам:

• взыскание неустоек и штрафов за просрочку исполнения обязательств;

взыскание убытков — например, из-за просрочки поставки материалов компания не смогла вовремя изготовить определенный товар для своего контрагента, в связи с чем вынуждена выплатить неустойку.

При рассмотрении этих споров нарушители, скорее всего, будут утверждать, что не исполнили свои обязательства вследствие непреодолимой силы. Не следует ожидать, что суды повсеместно встанут на сторону должников, даже если принятые из-за распространения коронавируса ограничения действительно создали сложности для их деятельности. 

Чтобы избежать ответственности, должникам потребуется доказать, что они столкнулись с форс-мажором, в связи с чем не имели объективной возможности исполнить свои обязательства надлежащим образом, хотя и приняли все возможные меры для исполнения условий договора.

КРИЗИС 2008 Г.: СТАТИСТИКА СУДЕБНЫХ СПОРОВ ПО КОЛИЧЕСТВУ РАССМОТРЕННЫХ ДЕЛ

В отдельных случаях заключенные до пандемии сделки стали неисполнимыми для должников, и положение дел не изменится даже после отмены карантина. Кроме того, пандемия заставила часть предпринимателей изменить свою бизнесстратегию. И то, и другое может подтолкнуть их к прекращению отношений с контрагентами. Тенденция не нова: после кризиса 2008 г. количество споров о расторжении договоров увеличилось на 54 %: с 10 563 споров в 2007 г. до 16 335 споров в 2010 г. Такая же тенденция намечается и сейчас, это особенно заметно по волнениям на рынке арендных отношений.

Большой объем споров традиционно составят споры о расторжении договоров по иску кредиторов из-за существенных нарушений обязательств, допущенных должником (ст. 450 ГК РФ). В рамках таких исков кредиторы могут также потребовать от должников возврата неотработанного аванса и возмещения убытков (ст. 1102, 393.1, 453 ГК РФ). Если кредитор заявит односторонний отказ от нарушенного договора во внесудебном порядке (например, ст. 489, 523, 723 ГК РФ), то судебный спор может инициировать сам должник, несогласный с таким отказом.

Увеличится количество исков о расторжении договора в связи с существенным изменением обстоятельств (ст. 451 ГК РФ). Подавать такой иск будет тот, кто действительно имеет на это право, а также тот, кто пытается за счет пандемии решить свои финансовые проблемы или выйти из потерявшей привлекательность сделки. Предсказать исход таких споров сложно. В рамках каждого из них суды будут устанавливать характер нарушения или изменения обязательств, наличие форс-мажора и иные обстоятельства с учетом особенностей отношений сторон и их сделок.

Вырастет число небанкротных судебных споров по искам кредиторов к должникам об оспаривани и сделок по распоряжению активами. Во время карантина работа судов была практически полностью остановлена, поэтому кредиторы лишились возможности довести до конца процессы о взыскании задолженности и добиться принудительного исполнения судебных решений за счет активов должников. Сложившаяся ситуация позволила недобросовестным должникам вывести свои активы.

Как правило, сделки должников оспариваются в рамках процедуры банкротства, кредиторы не всегда хотят инициировать дела о банкротстве, поскольку это очень долгий и дорогостоящий процесс. Кроме того, в отношении многих должников сейчас действует мораторий на банкротство. Поэтому кредиторы могут пойти другим путем — оспорить в общем порядке сделки по выводу активов (ст. 10, 168, 170 ГК РФ). Речь идет о ситуации, когда должник, которому кредитор предъявил претензии (в том числе в судебном порядке), переводит свои активы на аффилированных лиц, с тем чтобы не позволить кредитору в будущем обратить взыскание на активы. Для оспаривания такой сделки кредитору нужно доказать, что она является мнимой или заключена на нерыночных условиях с целью причинения вреда этому кредитору.

Недобросовестные участники компаний должников могут инициировать оспаривание по корпоративным основаниям сделок, которые должнику не удалось расторгнуть по соглашению сторон или на основании общих норм Гражданского кодекса РФ. Истцы будут пытаться оспорить такие сделки как крупные или с заинтересованностью, а также ссылаться на отсутствие необходимых полномочий у директора или поверенного либо на причинение ущерба интересам компании (ст. 173.1, 174, 183 ГК РФ).

В основном с таким поведением столкнутся кредиторы по просроченным обязательствам. Должнику выгоднее оспорить сделку и вернуть неосновательное обогащение, нежели платить неустойку. Недобросовестные должники могут также использовать этот метод, для того чтобы снять залог с имущества или отказаться от опасного статуса поручителя.

Не будет добра, коли меж своими вражда: споры с участием акционеров

Кризис всегда подогревает корпоративные конфликты. Так, в 2008–2010 гг. участники хозяйственных обществ инициировали в среднем 3,5 тыс. исков об оспаривании решений общих собраний, в то время как в последующие мирные три года — всего 1,7 тыс.

Ограничительные меры могут стать новым оружием в корпоративной войне. Участники хозяйственных обществ попытаются оспорить решения общих собраний, указывая, что они не были уведомлены о его проведении из-за сбоя в работе почты, не могли участвовать в очном собрании по причине соблюдения режима самоизоляции или болезни, отмены перелетов и закрытия границ, запрета собираться группами (подп. 1, 3 п. 1 ст. 181.4 ГК РФ).

Часть заочных собраний также может быть оспорена по формальным основаниям. Некоторые суды считают, что отсутствие в уставе общества с ограниченной ответственностью регламента заочного собрания является прямым основанием для отмены принятых им решений.

Суды все менее терпимо относятся к нарушению права на участие в общих собраниях, в том числе к процедурным огрехам, на что Верховный Cуд РФ указал в декабрьском обзоре (3). В текущих условиях так называемое карантинное право окажется на стороне истцов. Нельзя игнорировать и то, что за проведение очных собраний в период самоизоляции можно заплатить административный штраф (4).

В кризис существенно возрастает роль руководителей. Не каждый из них способен занять активную позицию, изменить бизнес-процессы и принять верные бизнес-решения. Простой в работе предприятия, невыгодные сделки, административные штрафы, порча товара на складе, трудовые споры, иски кредиторов — все это, в конечном итоге, может стать основанием для предъявления исков о взыскании убытков с недобросовестных директоров (ст. 53, 53.1 ГК РФ).

Руководитель может понести ответственность за причиненный компании ущерб, если будет доказано, что он действовал неразумно и недобросовестно. Так, в относительно спокойном 2019 г. суды первой инстанции удовлетворили 354 иска об убытках, взыскав в среднем по 7 млн рублей с каждого директора. В 2020 г. с таким иском может столкнуться каждый руководитель непродовольственной торговой сети и ресторана, работающих без доставки.

Директору не стоит надеяться на одобрение его решений со стороны акционеров. Если неразумное бизнес-решение одобрила только часть акционеров, то вполне вероятно, что ответственность они будут нести вместе с ним.

Взыскание убытков возможно и при банкротстве общества. В таком случае суд будет оценивать поведение директора еще более жестко, ведь он своими действиями нанес вред не только компании, но и ее кредиторам.

Дорога помощь вовремя: споры со страховыми компаниями

Успевшие заблаговременно застраховать свои риски предприниматели постараются возместить потери за счет страховых компаний. В связи с этим неизбежно увеличится количество судебных споров по договорам страхования. Именно так было после прошлых экономических кризисов: после 2008 г. количество споров в этой категории возросло более чем вдвое, после 2014 г. — примерно на 40 %.

Следует ожидать увеличения количества дел, связанных с получением страхового возмещения по договорам страхования гражданско-правовой ответственности (ст. 932 ГК РФ). В этом случае судиться со страховой будет кредитор должника, не исполнившего своих обязательств, но застраховавшего свою ответственность в пользу кредитора.

Также возрастет количество дел, связанных с получением страхового возмещения по договорам страхования предпринимательских и финансовых рисков (ст. 933 ГК РФ). Речь идет о таких рисках, как неисполнение контрагентом своих обязательств, изменение условий предпринимательства в определенном секторе, остановка производства под воздействием внешних факторов. В этом случае судиться со страховой будет непосредственно страхователь, то есть тот, кто заключал договор. Как и раньше по страховым спорам, возможность получить страховое возмещение будет зависеть от конкретных условий договора: что признается страховым случаем, какие есть исключения. От страховых компаний всегда было непросто добиться возмещения потерь, а в условиях кризиса сделать это станет еще сложнее. Так что при наличии неоднозначных формулировок в договоре обойтись без суда не получится.

Грозен враг за горами, а грозней — за плечами: трудовые споры

Пандемия поставила перед работодателями и работниками два глобальных вопроса: как работать и как платить зарплату в новых условиях? Поскольку Трудовой кодекс РФ не содержит детально приписанных правил, которые можно было бы с уверенностью применять в условиях пандемии, каждый находит свои ответы на эти вопросы. Общее регулирование трудовых отношений императивно, поэтому многим работодателям придется отвечать за свой творческий подход к принятию тех или иных решений. По данным Роструда, с 30 марта по 20 мая 2020 г. работники уже подали в инспекции 20,2 тыс. жалоб — в три раза больше по сравнению с тем же периодом в 2019 г.

Из-за финансовых трудностей и снижения объема работы многие работодатели не смогли выплачивать заработную плату и начали процедуру сокращения штата. Есть и такие, которые сумели продолжить работу, оставив сотрудников в офисах или переведя их на режим удаленной работы. Кто-то из работодателей ввел неполное рабочее время, другие — перешли в режим простоя. Каждое решение можно было претворить в жизнь двумя путями: по соглашению с работниками и без. Не все работодатели, выбравшие второй путь, прошли его без ошибок. К тому же многие попытались за счет пандемии решить давно назревшие кадровые вопросы. В свою очередь, некоторые работники не сумели качественно трудиться в дистанционном режиме, а часть из них отказалась приходить в офис, сославшись на самоизоляцию и нарушение требований о социальной дистанции либо на невыплату заработной платы.

Как следствие возрастет число исков о восстановлении на работе и взыскании среднего заработка за время вынужденного прогула, о взыскании задолженности по выплате заработной платы и различных компенсаций, в том числе компенсации морального вреда. Трудовые инспекции, конечно же, заинтересуются такой ситуацией и будут привлекать работодателей к административной ответственности.

Излишние порядки — те же беспорядки: споры с государством

В ближайший после окончания самоизоляции граждан год в судах будет рассматриваться множество дел о привлечении к административной ответственности за нарушение ограничений в период карантина. Эти споры коснутся как граждан, так и компаний.

Большое количество судебных дел будет обусловлено значительным размером штрафов (для компаний — до 500 тыс. рублей за каждое нарушение), а также спорными вопросами, возникающими при привлечении к административной ответственности.

Прежде всего правоохранительные органы не всегда правильно квалифицируют нарушение правил в период эпидемии. Кодекс об административных правонарушениях РФ и региональное законодательство содержат несколько специальных статей, посвященных ответственности за нарушение правил в период эпидемии: ч. 2 ст. 6.3 КоАП РФ (невыполнение санитарно-гигиенических и противоэпидемических мероприятий в условиях распространения опасного заболевания), ст. 20.6.1 КоАП РФ (невыполнение правил поведения при чрезвычайной ситуации или угрозе ее возникновения), ст. 3.18.1 КоАП Москвы (нарушение требований нормативных правовых актов г. Москвы, направленных на введение и обеспечение режима повышенной готовности на территории г. Москвы). Объективная сторона этих нарушений отличается, но правоохранительные органы в некоторых случаях применяют к нарушителю неправильную статью.

Кроме того, утверждаемые ограничения не всегда опираются на однозначные и понятные правила. Например, из региональных правовых актов часто не ясно, на какие организации ограничения распространяются, а на какие нет. Поэтому далеко не все предприниматели будут согласны с привлечением их к ответственности.

Принятые органами власти решения о различных запретах и ограничениях в период карантина нашли поддержку далеко не у всего населения и бизнеса. В связи с этим следует ожидать появления судебных дел об оспаривании законности ограничений, введенных во время пандемии. Истцы будут ссылаться на отсутствие у органа власти или должностного лица полномочий на принятие определенного решения, а также на нарушение конституционных прав (например, права на свободу передвижения). Суды уже рассмотрели несколько таких исков, например об оспаривании законности ограничений в Москве и Санкт-Петербурге. По этим делам суд встал на сторону органов власти.

Также могут возникнуть споры о признании незаконными правовых актов о предоставлении различных экономических льгот. Многие предприниматели не согласны с формальным подходом к определению сфер бизнеса, наиболее пострадавших от ограничений в условиях эпидемии. Например, возможность получить определенные льготы зависит от ОКВЭД компании, который не всегда совпадает с фактическим видом осуществляемой деятельности. Из-за этого компания, которая де-факто относится к пострадавшему сектору экономики, не может получить льготы. В такой ситуации возникновение судебных споров может подтолкнуть органы власти к уточнению условий получения льгот.

В ближайшие год-два возрастет количество налоговых споров о взыскании недоплат и штрафных санкций. Срок уплаты налогов изменился только для налогоплательщиков малого и среднего бизнеса из наиболее пострадавших отраслей экономики. К тому же не всем получившим отсрочку удастся благополучно преодолеть кризис. В конечном итоге, многие предприниматели не смогут вовремя уплатить налоги, что также приведет к увеличению числа судебных споров.

Появятся и новые налоговые споры, связанные с правомерностью применения налогоплательщиками льгот в условиях кризиса (например, изменение срока уплаты налогов, приостановление мер взыскания). Налогоплательщик может считать, что он подпадает под критерии применения льгот, однако налоговая с этим не обязательно согласится. На льготы вправе претендовать предприниматели, которые занимаются определенными видами экономической деятельности и включены в реестр субъектов малого и среднего предпринимательства (далее — МСП). Отсюда возникают два вопроса. Первый: вправе ли получить льготы налогоплательщик, у которого фактический вид деятельности подпадает под льготную категорию, а указанный в реестре (ЕГРЮЛ) не подпадает? И второй: вправе ли получить льготы налогоплательщик, который соответствует критериям субъекта МСП, но в реестр не включен? Ответ на эти спорные вопросы даст судебная практика. Мы предполагаем, что суды займут сторону налоговых органов и будут отталкиваться от формальных критериев для льгот.

Вовремя начать бой — наполовину выиграть

Начиная с середины мая суды, наконец, начали возобновлять работу в прежнем режиме и рассматривать все дела после временного карантина. В то же время противокоронавирусные меры не позволяют судам работать эффективно — скорость рассмотрения дел значительно замедлилась, отложенный эффект нерабочего периода (апрель и первая половина мая) усугубляет ситуацию и выработать новую практику судам пока что не удалось. Все это дает компаниям время основательно подготовиться к обозначенным судебным рискам:

• выявить, какие из них наиболее критичны для бизнеса;

• собрать доказательства и сформировать позиции по конкретным судебным делам;

• определить, какие суды можно вести своими силами, а для каких потребуется привлечение внешних консультантов или экспертов;

• сформировать проектные команды для участия в разных судах;

• задуматься о реформировании системы претензионно-исковой работы внутри юридического департамента.

 1 https://www.vedomosti.ru/economics/articles/2020/06/ 07/832103-chislo-konfliktov-mozhet-virasti

2 Кроме дел о банкротстве и процессуальных сроках

3 Обзор судебной практики по  некоторым вопросам применения законодательства о  хозяйственных обществах, утв. Президиумом ВС РФ 25.12.2019.

4 Государственная инспекция труда в  Нижегородской области по этой причине оштрафовала руководителя юридического отдела ООО «Транспневматика-холдинг».

скачать pdf-версию статьи

← Назад