{
}
Ru
En
Наше мнение

Только по сути

23 мая 2023

Чем Иран может быть интересен российскому финансовому сектору

Председатель Банка России Эльвира Набиуллина 23 мая прибудет с визитом в Тегеран, сообщило агентство Tasnim со ссылкой на замглавы Центробанка Ирана Мохсена Карими. По его словам, глава российского ЦБ встретится со своим коллегой и проведет переговоры о подписании соглашений «в валютной и банковской сферах». Других подробностей он не раскрыл.

Иранское агентство ИРНА сообщало о планах Набиуллиной посетить страну еще в марте, но без конкретных дат. Банк России не анонсировал поездку и не комментировал заявления иранской стороны. 23–24 мая в Тегеране состоится саммит Азиатского клирингового союза, представители России были на него приглашены.

Почти так же, без анонсов и подробностей, ранее стало известно о выходе ВТБ на иранский рынок. 17 мая замминистра промышленности и торговли Ирана Ализера Пейман-Пак сообщил, что российский госбанк открыл в стране первый офис. Представитель ВТБ 22 мая сообщил РБК, что госбанк подал в Иране заявку на открытие представительства, а не филиала. Его задачей станет развитие «двусторонних ирано-российских торговых и финансово-экономических отношений».

После начала военной операции на Украине и масштабных западных санкций против крупных российских банков представители ЦБ и участники рынка заявляли о намерении расширять сотрудничество с финансовыми рынками дружественных России стран. РБК разбирался, какие перспективы могут быть у российского финансового сектора в Иране.

Как можно связать банковский рынок Ирана и России

С 2002 года в России работает Мир Бизнес Банк, который считался «дочкой» крупнейшего розничного банка Ирана Bank Melli Iran (BMI, летом 2020 года кредитная организация перестала раскрывать состав владельцев). Согласно отчетности по РСБУ, на конец первого квартала его активы составляли 59,1 млрд руб. За год они увеличились на 5,1%. По объему активов Мир Бизнес Банк может занимать 85–90-е место в российской банковской системе, если опираться на оценки banki.ru.

Но российские банки в Иране пока не представлены. ВТБ стал первым игроком, кто решил выйти на этот рынок, открыв представительство. Другие кредитные организации о подобных планах не сообщали.

Управляющий директор по валидации «Эксперт РА» Юрий Беликов обращает внимание, что между представительством и филиалом есть «огромная разница».

«Филиал — самостоятельное подразделение, осуществляющее активно-пассивные операции, расчетное обслуживание. Представительство осуществлять банковские операции не уполномочено. Оно реализует, собственно, представительские функции, то есть работает в целях маркетинга, популяризации бренда, пассивного привлечения клиентов, установления и поддержки деловых связей, GR (government relations, связи с органами власти. — РБК)», — подчеркивает эксперт. Он поясняет, что при таком формате работы представители ВТБ смогут находиться в Иране, участвовать в очных встречах с клиентами, контрагентами и сотрудниками регулятора, но операции будут осуществляться только от лица российского ВТБ.

В госбанке РБК подтвердили, что формат представительства не предусматривает выполнения «операционных функций по обслуживанию клиентов непосредственно в Иране».

Беликов считает, что выход ВТБ на иранский рынок — пока скорее «политический шаг». «О конкуренции с иранскими банками и формировании кредитных или депозитных портфелей в Иране речь, вероятно, не идет», — заключает он.

ВТБ значительно пострадал от санкций в 2022 году, и удар в основном пришелся на блок международного бизнеса, поэтому выход на иранский рынок ради частичной компенсации выпадающих доходов выглядит логично, говорит независимый аналитик Андрей Бархота. Он считает, что для экспансии других российских банков нужны не только разветвленная сеть корреспондентских отношений, но и «спрос со стороны корпоративных клиентов на финансовое обслуживание экспортно-импортных потоков».

«Ключевыми банковскими продуктами видится торговое финансирование, предоставление гарантий и расчетные сервисы для корпоративных клиентов. Не исключено также развитие российского и иранского рынка капитала для обеспечения смешанного финансирования крупных индустрий», — перечисляет Бархота.

Массового выхода российских игроков на рынок Ирана ожидать не приходится, считает директор банковских рейтингов НРА Константин Бородулин: «Преимущественно это будут банки, обслуживающие контракты и крупный бизнес, уже имеющий деловые отношения с иранскими компаниями. Также сдерживающим фактором развития бизнеса в Иране для российских банков может быть ужесточение санкционных ограничений».

Гендиректор АКРА Михаил Сухов также отмечает, что перспективы операций российских и иранских банков будут зависеть от масштабов двусторонней торговли товарами и услугами в национальных валютах и «сбалансированности денежных потоков». Он допускает, что участники рынка могли бы заниматься туристическими расчетами с помощью карт «Мир», сделками на рынке драгоценных металлов, а в долгосрочной перспективе — организацией сделок с использованием исламских инструментов финансирования. «Выход за пределы этих возможностей не видится в сложившихся условиях, по меньшей мере, быстрым», — считает Сухов.

Будут ли интересны российским инвесторам иранские ценные бумаги

Российские инвесторы не имеют доступа на Тегеранскую фондовую биржу, а иранские — на российские площадки. В июле 2022 года на площадке в Тегеране стартовали торги в паре иранский риал / российский рубль, но на российских торгах иранской валюты пока нет.

«Фондовый рынок Ирана — один из самых труднодоступных в мире для инвестора. На акции иранского рынка нет американских ETF, которые бы могли давать экспозицию инвестору, как на рынки Индии или Турции. Для получения возможности инвестиций в фондовый рынок Ирана необходимо непосредственно ехать в страну и получать лицензию у государственных органов», — отмечает аналитик по международным рынкам акций «БКС Мир инвестиций» Игорь Герасимов. То есть формально правила и законодательная база в Иране для допуска иностранцев на рынок в целом есть, но на практике мало какой инвестор сможет осуществить шаги по получению доступа к рынку, объясняет он.

К тому же инвестиции в рынок Ирана имеют массу ограничений, продолжает эксперт: «Инвесторы могут выводить дивиденды за рубеж ежегодно, но продать бумаги закон об иностранных инвестициях позволяет только через три года. Также действуют различные ограничения на допустимый объем и оборот средств. Кроме того, на практике инвестиции осложнены необходимостью затруднительной конвертации зарубежной валюты в риалы и обратно».

О трудностях входа нерезидентов на иранский фондовый рынок говорит и управляющий директор по инвестициям управляющей компании ПСБ Андрей Русецкий. Около семи-восьми лет назад у зарубежных family office был всплеск интереса к иранским активам на фоне снижения геополитической напряженности, это было связано и с политикой самого Ирана — он проводил шаги по привлечению инвесторов из Европы и США. Но избрание президентом Дональда Трампа и возвращение санкций прервали этот процесс, добавляет Герасимов. «До сих пор есть буквально единицы небольших компаний, которые могут предоставить доступ к рынку Ирана иностранцам», — констатирует он.
Основной индекс Тегеранской биржи — TEDPIX. За последний год в риалах индекс прибавил почти 50%, следует из данных Cbonds. За последние три года (май 2020 — май 2023) индекс TEDPIX вырос ориентировочно на 134%, говорит Герасимов. Но инфляция при этом составляла 40–50% в год, обращает внимание эксперт. «Говорить о постоянно растущей динамике иранского рынка, которая бы постоянно перекрывала обесценение риала, нельзя. Но за отдельные периоды иранский рынок это делал и может делать в будущем», — объясняет он.

Опрошенные РБК эксперты считают, что российским инвесторам не будет интересен иранский рынок именно с точки зрения вложения капитала. «Отечественный рынок дешевле по мультипликаторам и понятней. А иранский риал никак не защищает от потери стоимости по сравнению с рублем — это не твердая валюта. Для стратегических инвесторов, например международных компаний, в таких инвестициях есть смысл, так как Иран — одна из немногих стран в мире с растущим населением, что является основой для долгосрочных инвестиций. Но это совсем другой вид инвестирования», — указывает Русецкий.

«Российские профессиональные участники доступа к иранскому фондовому рынку не дают и вряд ли дадут в ближайшее время, в фокусе более крупные рынки, такие как Китай, Индия и Бразилия», — убежден директор департамента управления активами УК «Ингосстрах-Инвестиции» Артем Майоров. Кроме того, иранский рынок сформировался за счет высокого давления со стороны властей, поэтому довольно высокая доля выпусков ценных бумаг торгуется с очень небольшими объемами торгов, добавляет эксперт.

Как могут развиваться российско-иранские переводы

ВТБ в конце 2022 года уже сообщил о запуске денежных переводов в Иран. По мнению Беликова, транзакции могут осуществляться в рамках обслуживания экспортно-импортных отношений. Потенциальные драйверы спроса на переводы со стороны физических лиц совсем не очевидны, рассуждает Беликов.

Руководители регуляторов также могут обсудить и вопросы доступа российских участников рынка к системе денежных переводов Ирана, так называемой хавале, которая представляет собой механизм взаимозачетов, предполагает юрист Forward Legal Олесь Груздев. Хавала получила большое распространение в Иране после отключения местных банков от системы SWIFT, необходимой для проведения трансграничных переводов, напоминает адвокат КА Pen & Paper Роман Кузьмин. С начала 2022 года крупные российские банки также были отключены от этой системы в рамках введения западными странами масштабных санкций на российский финансовый сектор.
Действующее законодательное регулирование в России не позволяет полностью заимствовать хавалу и полноценно использовать ее в платежах с участием российских лиц, так как совершение подобных сделок может подпадать под осуществление незаконных валютных операций, предупреждает Кузьмин.

По мнению партнера юридической фирмы «Рустам Курмаев и партнеры» Дмитрия Клеточкина, хавала больше заточена на нужды физических лиц, нежели на коммерческие организации. Так как она в значительной степени построена на доверии, то профессиональные участники ВЭД вряд ли будут ее использовать для обхода санкций, говорит юрист.

После введения валютных ограничений Банком России россияне, по сути, реализовывали систему хавалы на российском рынке, приводит пример Кузьмин: «Для перевода валюты европейскому лицу достаточно было написать посреднику, который, получая деньги на свой российский счет, осуществлял перевод валюты со своего европейского счета указанному клиентом адресату». В Telegram до сих пор появляются каналы для сделок с иностранной валютой по более выгодному курсу, чем в банках и официальных обменниках, рассказал он.



← Назад
Мы используем cookies для сбора обезличенных персональных данных. Они помогают анализировать трафик. Оставаясь на сайте, вы соглашаетесь на сбор таких данных. Политика обработки персональных данных